Радости и печали большой страны


Редкий фильм получается удачным настолько, что в его адрес абсолютно не хочется отпускать какие бы то ни было нелестности. Еще более редким оказывается тот, который и ругать не за что, и удачным в полной мере назвать трудно. «Радости и печали маленького лорда» - как раз такой фильм. Можно, если уж совсем неймется, притянуть за уши претензии по сюжету: уж больно чудесны в нем многочисленные совпадения, к тому же за кадром остался ответ на вопрос, насколько быстро юный аристократ опустошил коллекцию барских шуб - но в таком трогательном и в то же время неслащавом фильме, думается, это не считается.

Вряд ли могут вызывать нарекания и визуальное качество, и, в особенности, актерская работа: в фильме занято целое созвездие маститых исполнителей, солирует в котором, безусловно, мэтр отечественной режиссуры Станислав Говорухин - уж ему-то не привыкать изображать породистых радикалов. А вот что до возводимой ныне в ранг главной надежды российского кино Ольги Будиной (одно только включение в состав жюри ММКФ чего стоит), то и выступает она здесь именно как приглашенная на роль второго плана звезда - в стартовых титрах американских фильмов в подобных случаях именам предшествует союз and. Во всяком случае, судить о величине ее актерского вклада по большему, чем кроткий взгляд и печальные вздохи, не приходится. Самая же большая находка фильма - огромные голубые глаза Алеши Веселкина, исполнителя роли юного лорда Фонтлероя. После такого представления его, конечно же, затаскают по всевозможным рекламам детских шампуней, нивелирующим впечатления от актерского таланта - а между тем, талант у него действительно имеется, и, для его возраста, немалый. Впрочем, в достаточной мере проявить лицедейские способности можно и в рекламе, как это сумел сделать рыжий мальчуган, выдавливавший зубную пасту - в фильме он играет лучшего друга главного героя.

Но вот что настораживает. По российским меркам фильм с его костюмностью, долгосрочной арендой чешских павильонов и ангажированными звездами явно недешев. Однако в провинциальном центре - а такие картины лучше прокатываются как раз в регионах - он удостоился лишь четырех дневных показов, и то по поводу официальных мероприятий. Просто ситуация к настоящему моменту сложилась такая: чтобы российский фильм попал в коммерческий прокат, он должен быть напичкан либо лозунгами, либо провокациями, позволяющими еще и экономить по-крупному. Посему выходит так, что информацию о большинстве новых российских фильмов широкий зритель черпает разве что из сводок со всевозможных фестивалей. «Радости и печали...» тоже неплохо прошел на фестивалях. И настроен он так, будто в жизни страны не было последних 15 лет, при том, что содержит нужную в настоящий период поучительность. Да, такая "советскость" сейчас востребована - но способна ли эта востребованность приносить прибыль? Тут-то и встает вопрос: а нужна она, эта прибыль?

Осенью 2002 года премьер-министр Михаил Касьянов заявил, что поддержка национального кинопроизводства является одной из приоритетных задач правительства. Министерству культуры была поставлена задача определить приоритетные темы национальных фильмов, а в бюджете на 2003 год для производства фильмов был заложен миллиард рублей. Понятное дело, что такие "семейные" фильмы теперь пойдут чередой - как-никак, атрибут полноценного национального кинематографа. Появился энтузиазм, кинореляции исполнены атмосферы новизны, нового начала. И получается, даже такое доброе и, в общем-то, беззаботное кино, как «Радости и печали...» - идеологический продукт, своего рода вызов экономическим обстоятельствам.

Значительная часть съемок была произведена в Чехии, которую, кстати, облюбовали и американские кинематографисты. Что ж, чешские власти сумели возвести предоставление кинопавильонов в ранг окупаемой отрасли. Тем не менее, в фильме нет ничего такого, что можно было снять не в России - за исключением, пожалуй, Алупкинского дворца-музея графа Воронцова. Опять-таки, все ждут, когда правительство удосужится создать занятость и в этой сфере.

Зато теперь министр культуры Швыдкой настаивает на том, чтобы уровень финансирования отечественного кинематографа увеличился до трех миллиардов в год. И заявляет попутно, что становлению российского кино препятствуют те, кто наживается на американской кинопродукции. Поиски врага оказались недолгими. Но ведь не все так просто. Чем-то ведь американское кино заинтересовало тех, кто на нем наживается. Просто оно доходное, и отталкиваться следует от этого. Нужно не просто испрашивать средства - тем более, при такой системе кто-то неизбежно привыкнет к кормушке. Оказавшись на иждивении у государства, отечественное кино рискует пережить то же, что переживает ныне и отечественный спорт. Нагляднейший пример - македонский крах ЦСКА, череда провалов сборной, дефолт российского футбола, ориентированного на местечковый результат (победу в весьма посредственном чемпионате), а не на саморазвитие и продаваемость. Тотальное спонсорство развращает. И те, кто критикуют Абрамовича за то, что он не вложил деньги в российский футбол, не понимают одного: в российский футбол деньги можно уронить, бросить, но не вложить их так, чтобы потом можно было что-нибудь извлечь. Ведь тот же "Челси" исправно получает дивиденды от состоятельных зрителей, для которых подготовлена вся полагающаяся инфраструктура (рестораны, отели, паркинги и т.д.), и которых не гоняют ОМОНом; от телевидения, финансовый и технический уровень которого позволяет оперативно делать из красивых моментов эффектные клипы и выгодно продавать их; от продажи товаров с символикой; от трансферной политики; от Fly Emirates, наконец - и эта реклама действительно работает.

Но мы, как известно, впереди планеты всей. И спортивные, и культурные достижения нашей державы простираются до вселенских высот. Такова уж психология постсоветского человека - ждать, когда деньги упадут сверху, и при этом замахиваться на общемировое значение. Однако, чемпионаты мира по плаванию со спасательным кругом не проводятся. Животное из зоопарка беспомощно в естественных условиях. Российскому кинематографу необходимы собственные стабильные источники финансирования, и дело государства - выработать их и придать им соответствующий импульс, но не отбивать потребность в них гарантированными вливаниями. Образно говоря: надо сделать так, чтобы механизм заработал, завести его, а не подталкивать самолично стрелки и кричать о наличии работающих часов.

Стимулирование стимулированием, но кино должно само отрабатывать затраты на него. Потому что даже такой неплохой фильм, как «Радости и печали маленького лорда», в нынешних условиях становится... провальным. Спрашивается, если большая часть снятых фильмов до массового зрителя не доходит, какой резон делать акцент на их производстве? Для галочки? Почему качественно выполненный фильм, пусть и с не по-прокатному размашистым названием, идет на считанном количестве экранов? Можно, конечно, оправдаться тем, что на прокатной судьбе фильма еще скажутся продажа его за рубеж, издание на видео и телевизионные показы. Но сути это не меняет: КПД механизма реализации достоинств российского кино по-прежнему низок. Кинотеатрам даже в дневные часы выгоднее крутить умело разрекламированную «Лару Крофт». И в данном направлении правительство с мерами тоже еще не определилось. На равных тягаться с Голливудом все равно не получится, вводить ограничения тоже неразумно: как можно одной рукой давать экономическую свободу, а другой рукой - отнимать? Но ведь можно, к примеру, предоставлять льготы тем, кто стабильно показывает российскую продукцию - чай, каким-то образом они от государства зависят.

А пока - вся надежда на собесы, распределяющие средства. Собесом выступает либо государство, либо меценат. И пусть вводится практика госзаказа - в ней, кажется, нет ничего порочного, и такие фильмы, как «Радости и печали...», бесспорно, нужны. Но пусть уж тогда государство поддерживает не только производство, но и прокат. А еще лучше будет, если оно, сложив звенья в единую цепь, предоставит возможность кинематографистам стать самостоятельными.


Автор: Георгий Герасимов

Источник: кино в Якутске

Смотрите также: Алеша Веселкин



  Яндекс цитирования